Саммит “двадцатки” в Буэнос-Айресе начался откровенно странно. Неприятности на каждом шагу преследовали европейских лидеров. Хотя Ангелу Меркель, в которой сломался самолет и которая добиралась до события рейсовым самолетом чуть ли не с Мадрида, опоздав ровно на одни сутки (и под конец своей наполненной пунктуальностью карьеры решительно побив все рекорды Владимира Путина). Хотя Макрона, о факте прилета которого организаторы, кажется, просто забыли. Хотя других лидеров – из которых часть сажали в лимузины представительского класса, а часть – чуть ли не в городские таксомоторы. Порадовала разве что погода. Землетрясение вместо фейерверка – это было аргентинское ноу-хау.
Впрочем, какими бы ни были сопутствующие обстоятельства встречи, ее последствия – как положительные, так и отрицательные – оказывать существенное влияние на реальность, в которой мы живем.
Что касается негативных – то, очевидно, самым крупным из них можно считать тот факт, что США продолжают категорически отказываться от борьбы с изменениями климата. В частности, для того, чтобы подписать хоть какую-то итоговую декларацию саммита, в документе пришлось отметить “особую позицию” США, которые продолжают настаивать на том, что вскоре выйдут из Парижского соглашения по климату. Также в декларации нет ни слова ни о российской агрессии в Керченском проливе, ни о других гласных политических конфликтах последнего времени – вроде убийства Хашогги в саудовском посольстве.
Относительно “нейтральных” новостей с саммита, то можно отметить тот факт, что в совместном заявлении участники заявили о необходимости реформирования системы международной торговли и совершенствования ВТО.
Но, пожалуй, даже более важными, чем финальная декларация, стали переговоры “на полях” саммита.
Именно в таком формате США, Канада и Мексика “похоронили” Североамериканское соглашение о свободной торговле (NAFTA), и немедленно, не вставая с кресел, “возродили” ее в виде Соглашения между США, Мексикой и Канадой – USMCA. Суть которой на самом деле не так-то сильно отличается от предыдущего соглашения. Просто отмена NAFTA стала предвыборным обещанием президента Трампа. Которое он выполнил, просто несколько изменив формат сделки – и назвав это “настоящей победой”.
“На полях” саммита состоялась и “встреча” Трампа с Путиным. В ходе которой стороны “в двух словах” обменялись своими видениями ситуации с российской агрессией в Керченском проливе – на чем и разошлись, благо общения их происходило в формате “на ногах”.
Но самым важным событием саммита, очевидно, стало то, что президент США Дональд Трамп и председатель КНР Си Цзиньпин достигли договоренности о пошлинах, которые должны были вступить в силу с 1 января 2019 года. Повышение тарифов на китайские товары с 10 до 25% было отсрочено на 90 дней.
“Президент Трамп согласился не повышать с 1 января тарифы на продукцию на сумму в $ 200 млрд с 10% до 25%. Китай согласился закупать на довольно значительную сумму сельскохозяйственные товары, энергоносители, промышленную и иную продукцию США, чтобы сократить торговый дисбаланс”, – сообщили в Белом доме. При этом сельскохозяйственную продукцию американских фермеров Китай готов купить “немедленно”.
При этом лидеры двух стран также договорились об обмене визитами “в удобное время”, а Трамп назвал встречу с Си Цзиньпином “прекрасной и продуктивной, с неограниченными возможностями как для США, так и для Китая”.
Это решение будет иметь существенные геополитические последствия для всего мира. Поскольку, во-первых, улучшит прогнозы развития глобальной экономики. Во-вторых, это решение означает, что Пекину не нужно искать себе другие рынки сбыта, других союзников или даже другую модель существования – все останется, как было. В том числе и тот факт, что Россия была “бензозаправкой” для Пекина, а не полноценным геополитическим партнером – так и останется. Что не может не радовать. А вот тот факт, что Китай “немедленно” начинает массовые закупки сельскохозяйственной продукции в США, может несколько ухудшить внешнеэкономические перспективы украинского аграраного сектора, который с 2012 до 2017 года нарастил экспорт в Китай с 87 миллионов долларов
долларов до 1.4 миллиарда. Впрочем, если учесть тот факт, что Украина и теперь занимает только чуть более 1% общего импорта в Китай – вполне вероятно, что на этом колоссальном рынке найдется место как украинским, так и американским фермерам.
