Поднимаясь по покрытой коркой лишайника мощеной тропе, проходящей через ряды заброшенных домов без крыш, ступенчатых, чтобы справиться с крутизной склона холма, трудно не вызвать в воображении призраков не такого уж и далекого прошлого.Прошлое, когда греческие православные жители процветающего поселения численностью около 3,000 человек шли по этим же булыжникам, возвращаясь домой после рабочего дня, или шли по ним к красивой белой часовне на соснах и тимьянах. ароматный скалистый холм наверху, возможно, чтобы зажечь свечу и помолиться о благословении святого, чтобы вылечить болезнь или подарить бесплодной паре ребенка.
Вид из небольшой побеленной часовни с бочкообразной крышей одновременно впечатляющий и трогательный. На юге поросший соснами склон холма круто спускается к морю глубочайшей синевы, а прямо вдоль хребта стоит небольшая круглая башня, которая была то ли византийской сторожевой башней, то ли ветряной мельницей — или тем и другим. На другой стороне, огибая северный склон долины большой террасной дугой, находится заброшенный город Кая-Койю, или Левисси, как когда-то называли его жители, преимущественно греко-православные христиане. Особенно когда серый утренний январский туман кружится сквозь зияющие проемы, когда-то заполненные красивыми деревянными дверями и застекленными окнами, ласкает дымоходы, из которых с 1923 года не выходит дым, и просачивается в пустые корпуса домов, когда-то крытых Красная плитка, привезенная прямо из Марселя, даже самым циничным посетителям будет трудно не попытаться хотя бы попытаться представить этот город таким, каким он был всего 89 лет назад.
Обмен населением 1923 года.
Еще в 1923 году в рамках согласованного на международном уровне обмена населением между новой Турецкой Республикой и Грецией, ставшей независимым государством чуть менее 100 лет назад, греко-православному населению Левисси пришлось собрать чемоданы и покинуть страну. дома, которые принадлежали их семьям на протяжении нескольких поколений и отправляются в неопределенное будущее в стране, с жителями которой они, возможно, разделяли общую веру, но, как ни странно, не язык. Ибо жители Левисси, как и их собратья-греко-православные братья в далекой Каппадокии, которых постигла та же участь, говорили не по-гречески, а по-турецки. Многоконфессиональная, многорасовая и многоязычная Османская империя была полна таких аномальных групп, таких народов, как народы Левисси, которые с трудом вписывались в новые критерии, необходимые для создания однородных национальных государств, на которые распалась старая империя.
Возможно, именно этот общий язык (многие греческие православные христиане в других частях Анатолии, конечно, в основном говорили по-гречески) объясняет, почему этнорелигиозная межобщинная рознь, которая привела к такому количеству зверств с обеих сторон в греко-турецком конфликте. Война 1919–1922 годов не затронула греков и турок, которые относительно гармонично жили в идиллической долине, где сегодня находится город-призрак Кая Кёю. То, что отношения между мусульманами и христианами Левисси были такими хорошими, делает полное отсутствие греческого православного населения еще более трагичным и, возможно, объясняет, почему, если вы восприимчивы к таким вещам, легко представить, что духи усопших все еще преследуют скелетные дома и разрушающиеся церкви этого уникального места.
Что могло бы быть
Кая Кёю, сегодня открытый для публики в качестве официального сайта, приобрел известность несколько лет назад, когда британский писатель Луи де Берньер использовал его в качестве вдохновения для написания в 2004 году знаменитого эпического романа «Птицы без крыльев», основанного на жизни Жители небольшой общины на юго-западном побережье Средиземного моря в Турции оказались вовлечены в трагические события, развернувшиеся во время Первой мировой войны и после нее, когда сначала союзные державы, а затем чрезмерно амбициозные греки в погоне за «великой Грецией» вторглись в Анатолию. . Де Берньер в своем романе называл Кая Койю/Левисси Эскибахче, но маскировка тонка, и это стало мне ясно не в последнюю очередь, когда во время моего последнего визита в Кая Койю я увидел подписанную фотографию автора в гостиной семьи. который управлял пенсией, в которой я жил.
Гуляем по Кая Кёю январским утром, когда неземной туман медленно рассеивает ярко цветущие на обочинах анемоны, на стенах заброшенных домов растут фиговые и рожковые деревья, ящерицы бегают по геометрическому мозаичному полу только что нагретого солнцем кладбища. и оживленное бормотание крапивников в подлеске - это радость, хотя и с оттенком меланхолии и мыслей о том, что могло бы быть, если бы не бесчеловечность человека по отношению к своим собратьям. Если бы чудесно сохранившиеся цистерны, построенные сбоку от каждого отдельного дома и питаемые дождевой водой с крыши, все еще использовались, а женщины в платках наполняли ведра для домашних нужд, был ли хозяин дома совершал омовения в столь же хорошо сохранившейся земле? - чуланы, пристроенные к каждому жилищу, представляли собой, как и в холодное январское утро, очаги, сохранившиеся в углах каждой гостиной, из которых хлынуло гостеприимное пламя.
Исследование города-призрака
Тогда достаточно просто побродить по заброшенному поселению, всматриваясь в зияющие дома, у которых обрушились крыши и полы (процесс, ускоренный катастрофическими землетрясениями, обрушившимися на район Фетхие в конце 1950-х годов) и где огромные листы выкрашенной в синий цвет штукатурки до сих пор цепляются за внутренние стены многих из более чем 600 домов. Однако пара привлекательных церквей являются естественной целью для большинства посетителей. Верхней церковью на востоке города была церковь Таксияархиса. Дата ее восстановления неизвестна, но она была восстановлена в 1910 году. Другая когда-то была церковью Панайя Пиргиотисса, хотя местные жители-мусульмане использовали ее как мечеть со времени изгнания греческого православного христианского населения в 1923 году и до начала 1960-е годы. Хотя он может быть датирован еще 17 веком, он явно был значительно отреставрирован в конце 19 века. На что стоит обратить внимание, это резной рельеф орла (теперь уже без головы) над дверным проемом, колокольня, черно-белый галечный мозаичный пол и выцветший, но все еще впечатляющий рельефный гипсовый рельеф иконстаса.
Только что прочитав в своем путеводителе о том, что до обмена населением поселение было настолько богатым, что могло себе позволить импортировать черепицу из Марселя, я был рад обнаружить на церковном дворе доказательство в виде разбитой черепицы с буквами На одном фрагменте явно выбито заглавными буквами «MAR», а на другом — «SEILLE». На отдельном черепке от той же плитки было изображение лебедя, явно клеймо изготовителя. Чего я не осознавал, пока не провел небольшое исследование в Интернете после посещения Кая Кёю, так это того, насколько большим бизнесом была марсельская плитка в 19 веке, когда ее экспортировали не только по всему Средиземноморью, но и в другие страны. далеко, как в Австралию и Новую Зеландию.
Пешком до Олюдениза
Прямо над верхней церковью начинается довольно красивая прогулка к самому фотографируемому пляжу Турции Олюденизу. Первоначально пролегая через заброшенные дома, четко обозначенная тропа затем входит в сосновый лес, затем достигает гребня и спускается к Олюденизу, следуя по калдырым, или дороге мулов, времен Османской империи. Виды на мысы, бухты и заснеженную вершину Баба Даги просто потрясающие, а вся прогулка занимает всего около двух с половиной часов. От пляжа в Олюденизе регулярно ходят автобусы до обширного курорта Оваджик, откуда еще один автобус идет обратно в Кая-Кёю — или вы можете вернуться в Фетхие.
Итак, греческие православные христиане Кая Кёю отправились кто на Родос, кто на окраину Афин. На смену им пришли мусульмане из Македонии, хотя многие из них, видимо, вскоре уехали, так как не смогли адаптироваться к новым обстоятельствам. Турки-мусульмане, которые обрабатывали невероятно красивую долину у подножия деревни Кая-Койю и которым было так грустно видеть, что их соседи-христиане уехали, очевидно, считали, что дома населены привидениями, и никогда не захватывали их, отсюда и сегодняшний «город-призрак». Но оставим старину Левисси такой, какой она была, или, по крайней мере, такой, какой ее представлял себе Луи де Берньер в «Птицах без крыльев».
«Когда город был жив, стены домов были оштукатурены и весело окрашены в темные оттенки розового. Его улицы были настолько узкими, что больше напоминали переулки, но здесь не было гнетущего ощущения замкнутости, поскольку здания стояли штабелями на одном склоне долины, так что каждое жилище получало свет и воздух. По правде говоря, город, казалось, был спроектирован каким-то древним гением, имя которого затерялось, и не было другого подобного места во всей Лидии, Карии или Ликии».
Как добраться
Из Фетхие отправляются регулярные маршрутки до Кая-Кёю (через Оваджик/Хисароню), либо можно пройтись за пару часов по размеченной тропе.
Кая Кёю: Вход на сайт стоит 8 турецких лир, однако, если вы приедете туда рано или поздно, а билетные кассы закрыты, ничто не помешает вам бродить.
Где остановиться: В этой идиллической пасторальной долине есть множество вариантов размещения. Самым ценным является Village Garden (тел.: 0 [252] 618 02 59; www.villagegardenturkey.com), открытый круглый год. В период с Пасхи до конца октября несколько компаний предлагают аренду коттеджей/вилл, в том числе www.turkeyvillas.com, www.kayaholidays.com, www.karmylassoscottages.com или попробуйте www.villarhapsody.com или www.kayamisafirevi. com для размещения в бутик-отеле.
Где поесть: Цинбал (www.cinbal.com): Рядом с участком находится очень популярное место для барбекю, где вы сами выбираете и готовите на гриле мясо.
Сад Левисси (www.levissigarden.com): Расположенный в одном из старых домов Кая Кёйю, он специализируется на винах со всей Турции и очень атмосферный, с дровяным камином зимой и прекрасной террасой летом.
