В отношении Великой умеренности через Великое сокращение полезно предложить хронологическую реконструкцию последовательности событий. Революция в новых информационных и коммуникационных технологиях остановила постепенное снижение роста производительности труда в Соединенных Штатах, которые вернулись к заметно высоким темпам роста во второй половине 1990-х годов. В этот же период после финансового кризиса, поразившего страны Юго-Восточной Азии и Россию (1997-98) Однако политика Федеральной резервной системы оставалась, по сути, мягкой, с сильным расширением ликвидности также для противодействия так называемой «ошибке тысячелетия». «новая экономика» Эйфория, помимо того, что она совместима с объективной интерпретацией роста производительности, связанной с внедрением и распространением новых технологий, отразилась на потреблении домохозяйств в США с быстрым ростом долга и устойчивым снижением сбережений, но с финансовым положением в основном в баланс благодаря увеличению чистого богатства за счет прироста капитала, отчасти в результате резкого роста цен на акции во время пузыря доткомов.
Мощное расширение конечного спроса и импорта в США постепенно сопровождалось ростом экспорта и производства крупнейших развивающихся экономик, таких как Китай и Индия, которые ранее отставали, а также повышательной тенденцией инфляции в США, которая сдерживалась ужесточением денежно-кредитной политики. Денежно-кредитная политика в начале 2000 года. Ужесточение денежно-кредитной политики закончилось взрывом пузыря доткомов в 2000-01 годах. Рецессионные последствия этого усугублялись тяжелым потрясением, вызванным террористическими атаками в сентябре 2001 года.. На фоне опасений рецессии и дефляционных условий, подобных тем, которые преобладали в предыдущее десятилетие в Японии, реакция Федеральной резервной системы снова была очень сговорчивой. Резкое снижение процентных ставок сопровождалось жесткой экспансионистской бюджетной политикой, которая сохранялась также в отношении военных операций в Ираке и Афганистане. Денежно-кредитная политика также долгое время оставалась экспансионистской, способствуя возврату к устойчивому росту потребления домохозяйств, не противодействуя тенденции к нулевой норме сбережений и предоставляя свободу финансовым инновациям в условиях изобилия ликвидности, особенно с переупаковкой 2004-06 ипотечных кредитов – в контексте постоянно растущих цен на жилье – в структурированные продукты, которые открыли банкам новые инвестиционные возможности.
Растущий дефицит текущего счета США сопровождался все большим профицитом в развивающихся странах и Японии со значительным наращиванием официальных резервов в условиях относительно вялого роста внутреннего потребительского спроса и норм сбережений, даже превышающих тем не менее высокие ставки инвестиций. Страны-производители нефти также зафиксировали резкое увеличение профицита торгового баланса, что отражает рост цен на нефть из-за расширения мирового спроса.. Увеличение международной ликвидности, связанное с растущими платежными дисбалансами и адаптивной денежно-кредитной политикой ФРС, которая, учитывая ограниченную гибкость валют развивающихся стран и, в частности, китайского юаня, способствовала глобальному экономическому подъему, привело к длительному периоду: В период с 2004 по 2007 год наблюдалась низкая волатильность цен на финансовых рынках и низкая номинальная доходность. Это также было связано с большим объемом инвестиций в ценные бумаги с фиксированным доходом со стороны международных инвесторов и стран, которые накопили высокие уровни резервов за счет большого и растущего профицита счета текущих операций. Результатом стал поиск инвесторами инвестиций с более высоким профилем риска и доходности и сопутствующее предложение структурированных финансовых инструментов, обеспеченных в основном ипотечными кредитами, выдаваемыми с соотношением кредита к стоимости, превышающим даже 100 процентов, на ложной предпосылке, что цены на жилье могут только увеличивать.
Сильное расширение мирового спроса породило инфляционное давление, на которое отреагировали органы денежно-кредитной политики, отчасти с целью противодействия возможному влиянию на внутренние цены вызванного расширением роста цен на нефть и сырье. За ростом процентных ставок последовало постепенное сдувание пузыря недвижимости, что имело эффект домино, особенно в отношении структурированных продуктов, созданных с использованием субстандартных ипотечных кредитов, с их более высоким риском дефолта. Летом 2007 года это спровоцировало финансовый кризис, который, несмотря на оперативную и масштабную реакцию центральных банков, постепенно перерос в глобальный кризис, затронувший целые отрасли и экономики. В этом контексте решающую роль сыграло финансовое регулирование, которое отставало и даже полностью отсутствовало в некоторых сегментах рынка. Спекулятивное поведение на рынках, рост левереджа и различного рода процикличность, действующая как на институциональном уровне, так и в решениях участников рынка, усилили центробежные тенденции. Однако в основе лежат большие дисбалансы в торговле и текущих счетах, которые беспрепятственно создавали страны, участвующие в глобальной экономике.
