Государственная китайская газета People's Daily известна своей политкорректностью, а не чувством юмора.
Поэтому, когда на этой неделе появился отчет о том, что северокорейский лидер Ким Чен Ын был назван «Самым сексуальным мужчиной 2012 года», самопровозглашенный рупор Коммунистической партии Китая приветствовал своего корейского товарища на своем веб-сайте — только эта «новость» пришла. с сатирического американского сайта The Onion.
Китай является главным союзником и поставщиком помощи Северной Корее. Сообщить о чем-то лестном в адрес Кима, должно быть, считалось политически корректным. Редакторы веб-сайта даже создали галерею фотографий, сопровождающих отчет, со слайдами, на которых Ким верхом на лошади, инспектирует войска и его обнимают женщины-солдаты.
Хотя этот материал оживил обычно уравновешенные страницы веб-сайта, он вызвал волну насмешек, поскольку международные СМИ высмеивали китайские государственные СМИ за то, что они были обмануты фальшивым репортажем известного поставщика необычного юмора и сатиры.
Читайте: Лук: Мы только что обманули китайское правительство!
Действительно ли всезнающая газета People's Daily была настолько легковерна или это была работа озорного инсайдера со склонностью к сатире?
В среду женщина, которая ответила на наш звонок в офисе сайта в Пекине, заявила, что «невозможно, чтобы People's Daily цитировала какие-либо ненадежные СМИ — мы проверяем наши новости и источники».
Женщина, отказавшаяся назвать себя, рассказала, что история и фотографии были удалены через день после публикации.
Но ущерб уже был нанесен, и The Onion наслаждалась публичностью.
«Пожалуйста, посетите наших друзей в газете People's Daily в Китае, гордом коммунистическом филиале The Onion», - говорится в заявлении. «Образцовый репортаж, товарищи».
Китайские микроблогеры тоже не удержались.
«Мир был обманут газетой People's Daily, потому что ни один китаец не верит этой газете», — написал @Hai_Dao_Wu_Bian.
Значит, у китайцев есть чувство юмора?
Кристофер Ри, пишущий книгу о культурной истории юмора в современном Китае, говорит, что у китайцев «сильное чувство фарса и абсурда, а также острое понимание того, как те, кто находится у власти, облажаются».
Ри, ученый из Австралийского центра изучения Китая в мире, говорит, что «китайское чувство юмора имеет тот же диапазон, что и в других странах».
Линда Джайвин, опытный наблюдатель за Китаем и соавтор книги о китайской литературе и культуре «Новые призраки, старые мечты», говорит, что чувство юмора жителей Пекина имеет тенденцию быть «очень актуальным, политическим и сатирическим».
Когда в начале прошлого года на площади Тяньаньмэнь, недалеко от культового портрета Мао, внезапно появилась гигантская статуя Конфуция, заговорили о том, что все это означает с политической точки зрения — вернулся ли Конфуций, чтобы сместить Мао с поста духовного лидера Китая?
Несколько недель спустя статую так же внезапно убрали с площади, что побудило некоторых в политических кругах пошутить, что почитаемого мудреца, родом из сельской провинции Шаньдун, арестовали за отсутствие вида на жительство в Пекине.
Ричард Хорник
На протяжении веков политическая сатира была основой китайского юмора и остается таковой в коммунистическую эпоху.
В 1980-е годы, когда начали появляться первые признаки официальной коррупции, связанной с экономической реформой, юмористы умело чеканили такие частушки:
«Я крупный чиновник, поэтому ем и пью, ем и пью…»
«В конце концов, мы тратим не мои деньги, так что ешьте, веселитесь и давайте поиграем!»
Сегодня китайские писатели, художники, карикатуристы, комики и пользователи сети прибегают к юмору и сатире, чтобы высмеивать, подвергать сомнению, бросать вызов и документировать социальные явления, события и происшествия.
«Большая часть китайского юмора основана на игре слов и, вероятно, так было всегда», — сказал Джайвин, свободно говорящий по-китайски. «Китайский язык исключительно богат омонимами и созрел для каламбура».
Многое из этого может быть потеряно при переводе, но некоторые преодолевают любые лингвистические ограничения.
Когда некоторые жители Пекина прозвали новый офисный комплекс ведущей китайской телевизионной сети CCTV, спроектированный Колхаусом, «да куча» («Большие трусы») из-за его сходства с нижним бельем, правительство попыталось дать ему более красивое прозвище.
«Поэтому они попробовали «чжичуан» — «Окно в знания», — вспоминает Джайвин. «Запоминающе, но еще хуже, потому что, как пекинские шутники справились примерно за микросекунду, это также омоним геморроя».
Китайское чувство юмора также стало более глобальным, сказал Ри, ссылаясь на «феномен Эгао» спуфинга и пародий в Интернете, который начался в 2005 году и до сих пор популярен, особенно среди технически подкованной молодежи.
«Он во многом опирается на международное влияние, вплоть до изображений, звуков и текстов, используемых в видео-мэшапах», — сказал он.
Так если китайский юмор настолько силен, почему редакторы People's Daily оказались обмануты?
«Может быть, потому, что многим китайским редакторам и журналистам не хватает хороших знаний в области журналистики и английского языка, поэтому им трудно распознать сатиру», — предположил аспирант факультета журналистики в Пекине. «Может быть, потому, что фейковых новостей так много, и они не умеют отличать настоящие новости от фейков».
Ри обвинил «повсеместный плагиат иностранных новостных агентств в китайских официальных средствах массовой информации в сочетании с плохим контролем качества или проверкой фактов».
Есть ли здесь серьезный урок?
«Основной урок, который все журналисты – не только китайцы – должны извлечь из этого, заключается в том, что вся информация должна быть проверена перед ее публикацией», – сказал Ричард Хорник, преподаватель журналистики в Университете Стоуни-Брук, который когда-то освещал Китай для журнала Time. .
«Поскольку новые средства массовой информации, такие как Weibo, Facebook и Twitter, сделали всех нас издателями в цифровую эпоху, все ответственные граждане должны проверять информацию, прежде чем публиковать, пересылать ее, ставить лайки или ретвитнуть».
Насколько смущенной должна быть газета People's Daily?
«Чрезвычайно», — пошутил Джайвин. «Тем не менее, я очень надеюсь, что никого из-за этого не отправят в трудовой лагерь».
